Деньги на книжке лежали. А купить на них было особо нечего. Так работала «экономика продавца» — то самое явление, которое советские люди называли просто дефицитом, и жаловались на него куда чаще, чем на низкие зарплаты.
Что сказал Милтон Фридман про помидоры
Нобелевский лауреат Милтон Фридман однажды сказал вещь, которая объясняет советский дефицит лучше любого учебника. «Мы, экономисты, знаем не очень много, но мы знаем, как создать дефицит. Если хотите дефицит помидоров — примите закон, что продавать их можно не дороже двух центов за фунт. И дефицит появится мгновенно». В СССР цены на товары держали искусственно низкими — государство их контролировало. Спрос при таких ценах рос, а предложение угнаться не могло. Вот и дефицит.
Искусственно заниженные государством цены создавали спрос, который производство не могло удовлетворить — классический механизм дефицита, который ещё в 1920 году описал экономист Людвиг фон Мизес.
Талоны на промышленные товары, город Электросталь. Wikimedia Commons, Public domain
Мизес предупреждал ещё в 1920 году
Экономист Людвиг фон Мизес предупреждал об этой проблеме плановой экономики ещё в 1920 году — задолго до того, как СССР столкнулся с ней на практике. Централизованное планирование физически не способно учесть миллионы товарных позиций и постоянно меняющиеся вкусы людей. Кто-то в Госплане решает, сколько выпустить сапог сорок первого размера, а реальный спрос на них может быть совсем другим.
Что такое экономика продавца в СССР
Особенно ярко дефицит проявился в брежневскую эпоху — тогда сложилась именно та «экономика продавца», о которой говорят историки. Производителям и торговле было плевать на сервис, качество и своевременность поставок: конкуренции не было, продать товар получалось в любом случае, покупатель никуда не денется. Из продажи периодически исчезали даже элементарные вещи вроде туалетной бумаги — и это не миф, а задокументированный факт советской повседневности.
Дефицит касался не только ширпотреба. Даже автомобили — товар посерьёзнее туалетной бумаги — весь период так называемой «свободной продажи» распределялись через строго лимитированные фонды. Хочешь машину — вставай в очередь, порой на годы вперёд.