Шесть соток — это не традиция, а строчка постановления. Когда государство впервые раздало рабочим землю под сады, почему участок именно 600 квадратных метров, что запрещали строить и как к восьмидесятым дача стала кормить половину страны.
Спросите любого, кто рос в СССР, что такое дача, — и услышите про шесть соток, грядки с клубникой и домик без права печки. Никто из них не задумывался, почему шесть, а не пять или десять. Между тем это число посчитали в министерстве: столько земли нужно семье из четырёх человек, чтобы вырастить картошку и овощи на год, — и ни метра больше, чтобы не появился излишек на продажу.
Когда в СССР рабочим впервые дали землю под сады
Дачи были и раньше — у писателей, генералов, академиков, в посёлках с заборами. Массовые сады начались с постановления Совета Министров от 24 февраля 1949 года «О коллективном и индивидуальном огородничестве и садоводстве рабочих и служащих». Страна голодала после войны и неурожая 1946-го, и государство решило, что проще дать людям землю, чем хлеб. Предприятиям выделяли землю, те делили её между работниками: в городах по шесть соток, за городом — до двенадцати.
Участок не давали в собственность — только в пользование, через садовое товарищество, и отобрать могли за неосвоение. Первые три года надо было посадить деревья, и сажали: по норме пятнадцать яблонь на участок. Домик разрешался, но летний, без отопления, не больше двадцати пяти квадратных метров.
Что разрешали и что запрещали строить на шести сотках
Правила менялись, но дух был один: дача — для огорода, а не для жизни. Дом одноэтажный, с мансардой без утепления, без подвала. Веранда — да, гараж — нет, баня — по решению правления, туалет — на улице. При Хрущёве в 1960-м на несколько лет вообще запретили давать новые участки: генсек боялся, что личное хозяйство отвлечёт от общественного. Брежнев в 1966-м разрешил снова, и с тех пор садоводства росли на миллион участков в пятилетку.
Инспекторы ходили с рулеткой: если дом больше нормы, требовали снести лишнее или платили штраф. Двухэтажные дома узаконили только в 1985-м. Отсюда типичная советская дача — крохотный домик с чердаком, куда лестница приставная, и участок, засаженный так плотно, что между грядками не пройти.
Сколько картошки давали шесть соток и почему дача кормила страну
К началу восьмидесятых в садовых товариществах состояло больше восьми миллионов семей, а с огородами без построек — все двадцать. Сотка под картошкой давала мешка три-четыре, и семья с трёх соток закрывала свою годовую потребность. Огурцы, помидоры, яблоки, смородина шли в банки — сотни банок в подполе городской квартиры. Госстат считал, что личные участки при трёх процентах земли дают четверть всей картошки и овощей в стране.
Для государства это было удобно: люди кормят себя сами, не требуя от магазинов. Для людей — единственная собственность, которую нельзя было отобрать просто так. Дача стала местом, где советский человек был хозяином. Отсюда и страсть: отпуск на грядках, электрички с рассадой, теплицы из оконных рам.
Что стало с шестью сотками после СССР
В 1990-м разрешили продавать и наследовать участки, в 1992-м — приватизировать. Норма шесть соток осталась в законах как минимальный размер, но ограничения на дома сняли, и на месте домиков выросли коттеджи. Слово «дачник» стало означать не садовода, а горожанина с загородным домом. Но миллионы старых участков живут по-прежнему: те же грядки, та же приставная лестница на чердак и та же уверенность, что своя картошка вкуснее магазинной.