Выстрел Николаева в коридоре Смольного, погибший назавтра охранник Борисов, «закон от 1 декабря» и четыре комиссии, искавшие приказ Сталина: что в деле об убийстве Кирова установлено точно, а что осталось загадкой.
Смольный, третий этаж, коридор у кабинета. Половина пятого вечера, 1 декабря 1934 года. Сергей Киров — хозяин Ленинграда, член Политбюро, любимец партийных съездов — идёт к себе после обеда, и сзади в него стреляют. Стреляет Леонид Николаев: бывший партработник, безработный, тридцать лет, обиженный на всех. Через четыре недели его расстреляют. А через двадцать два года Хрущёв с трибуны съезда намекнёт, что за выстрелом стоял Сталин. С тех пор дело разбирали четыре комиссии — и ни одна не нашла того, что искала.
Как убили Кирова 1 декабря 1934 года
Николаев готовился долго и не слишком умело. Ещё 15 октября его задержали возле дома Кирова на Каменноостровском — в портфеле лежал револьвер. Проверили документы: партбилет, разрешение на оружие, всё в порядке. Отпустили. Полтора месяца спустя тот же партбилет провёл его в Смольный. Он дождался Кирова в коридоре третьего этажа, подошёл сзади, выстрелил, попытался застрелиться сам — промахнулся и упал в обморок. Охранник Кирова Борисов в этот момент отстал на десяток шагов. Назавтра Борисов погиб: грузовик, на котором его везли на допрос к приехавшему из Москвы Сталину, ударился о стену дома. Единственный человек, который мог объяснить, почему охрана оказалась не там, до допроса не доехал. Эта деталь и не даёт покоя историкам до сих пор.
Что сделал Сталин после убийства Кирова
Действовал он быстро — быстрее, чем следствие. Вечером того же дня ЦИК принял постановление, которое потом назовут «законом от 1 декабря»: дела о терроре расследовать не дольше десяти дней, обвинение вручать за сутки до суда, защитников не пускать, приговор исполнять сразу. Сталин выехал в Ленинград ночным поездом и допрашивал Николаева лично. 29 декабря Николаева и ещё тринадцать человек, объявленных «ленинградским центром», расстреляли. В январе судили Зиновьева с Каменевым — пока за «моральную ответственность». Через полтора года их судили снова, уже за организацию убийства, и тоже расстреляли. Так один выстрел в коридоре превратился в спусковой крючок Большого террора.
Была ли у Николаева личная причина
Была, и следствие поначалу шло именно по ней. Весной 1934 года Николаева исключили из партии и уволили — он отказался ехать по партийной мобилизации на транспорт. Дальше он полгода писал жалобы во все инстанции, вёл дневник, где называл себя «Желябовым» и рассуждал о выстреле как о протесте против несправедливости. Его жена Мильда Драуле работала в аппарате обкома; по Ленинграду ходили разговоры о её романе с Кировым. Подтверждений этому в документах нет, но версию ревности никто не снял. В марте 1935 года Драуле расстреляли — вместе с сестрой и её мужем.
Причастен ли Сталин к убийству Кирова
Хрущёв в 1956 году сказал осторожно: обстоятельства «таят в себе много непонятного и загадочного» — и кивнул на охрану. Потом были комиссии Молотова, Шверника, Пельше, в конце восьмидесятых — комиссия Политбюро при Горбачёве. Вывод у всех один: следов приказа Сталина нет, Николаев стрелял сам. Историки, работавшие с делом уже в открытых архивах, в основном согласны — одиночка с обидой и наганом. Другое дело, как выстрелом воспользовались. Закон от 1 декабря, расстрелы без суда, процессы над старыми большевиками — это уже не Николаев. Заказчиком Сталин, судя по всему, не был. Но выгодоприобретателем оказался он один.
Иллюстрации: «Galaktionov Smolny institute 1823» — Galaktionov S. F., Public domain, Wikimedia Commons; «С. М. Киров в гробу» — Unknown authorUnknown author, Public domain, Wikimedia Commons.