Девять скелетов под шпалами на старой дороге, ещё два — в костровище в семидесяти метрах. Их искали шестьдесят лет, нашли в 1979 году, выкопали в 1991-м и с тех пор проверяли столько раз, сколько не проверяли ни одни останки в истории. Спор всё равно длился три десятилетия.
В ночь на 17 июля 1918 года семью Николая II расстреляли в подвале дома Ипатьева. Тела вывезли в лес к Ганиной Яме, а на следующую ночь, после неудачной попытки сжечь и утопить их в шахте, зарыли под настилом из шпал на Коптяковской дороге, в Поросёнковом логу. Двоих — Алексея и одну из дочерей — сожгли отдельно. Всё это записал руководивший расстрелом Юровский в «записке», которая хранилась в партийном архиве.
Белогвардейский следователь Соколов в 1919 году искал тела у Ганиной Ямы и не нашёл. Поэтому семьдесят лет считалось, что останки уничтожены. Геолог Александр Авдонин и сценарист Гелий Рябов, опираясь на записку Юровского, в 1979 году нашли настил и черепа — и закопали обратно, боясь огласки.
Раскопки в Поросёнковом логу в 1991 году и первые экспертизы
В июле 1991 года по решению Свердловского облисполкома захоронение вскрыли официально. Из ямы подняли останки девяти человек: пять членов семьи и четверо слуг — врач Боткин, повар Харитонов, лакей Трупп, горничная Демидова. Двоих детей не хватало.
Экспертизу поручили Британской службе судебной медицины и российским генетикам. Питер Гилл и Павел Иванов в 1993 году сравнили митохондриальную ДНК с образцами принца Филиппа — внучатого племянника императрицы Александры — и потомков сестры Николая II. Совпадение было полным. Для скептиков этого оказалось мало: они требовали объяснить, где ещё двое.
Захоронение 1998 года и почему Церковь не признала останки
Семнадцатого июля 1998 года останки похоронили в Екатерининском приделе Петропавловского собора. Борис Ельцин, в 1977 году снёсший дом Ипатьева по решению Политбюро, стоял у гроба и говорил о «вине, которую мы все несём». Патриарх на церемонию не приехал: Русская православная церковь заявила, что доказательств недостаточно.
Причин было несколько. Часть иерархов доверяла версии Соколова о полном уничтожении тел, часть — сомневалась в методике 1990-х, часть просто не хотела признавать результат, полученный без её участия. Отпевали «безымянных» — так в церковных документах и записали.
Останки Алексея и Марии: находка 2007 года и новые ДНК-тесты
Летом 2007 года уральские поисковики нашли в семидесяти метрах от первого захоронения костровище с обгоревшими фрагментами костей двух человек. Записка Юровского оказалась точной. Генетики в 2008–2009 годах установили: это мальчик 12–14 лет и девушка 18–23 лет, родственные останкам из первой ямы.
К этому времени появился и ещё один эталон. В Эрмитаже хранилась рубашка Николая II с пятнами крови после покушения в Японии в 1891 году. ДНК из этих пятен совпала с ДНК скелета № 4. Так подлинность подтвердили не через дальних родственников, а напрямую.
Так правда или миф: принадлежат ли екатеринбургские останки семье Николая II
Правда. В 2015 году Следственный комитет возобновил дело по просьбе Церкви и провёл ещё одну серию экспертиз с эксгумацией Александра III для сравнения по мужской линии. В 2020 году следствие закрыли с выводом: останки принадлежат Николаю II, Александре Фёдоровне, их пяти детям и четырём слугам.
Церковь официальную позицию долго не объявляла, но с 2021 года архиерейские документы говорят об «отсутствии оснований сомневаться». Останки Алексея и Марии всё это время лежат в архиве и ждут захоронения. Загадка, которая начиналась с пустой шахты в 1919 году, закончилась, а хоронить оставшихся так и не начали.