Правило кажется само собой разумеющимся: окна — на юг, чтобы в доме было светлее. Вот только в описаниях крестьянского жилья такого требования не найти. Зато там есть восток, улица и печь.
Было ли правило ставить избу окнами на юг
Начнём с неприятного для любителей красивых правил. В работах о русском жилище нет предписания разворачивать дом окнами именно на полдень. Есть другое, и куда более раннее: у славян пятого — десятого веков котлованы жилищ были близки в плане к квадрату, ориентированному по сторонам света. Ориентация, значит, была. Но по сторонам света вообще, а не на юг в частности.
А потом случилось то, о чём в популярных пересказах обычно умалчивают. В начальный период существования Древнерусского государства ориентирование стен по сторонам света перестало быть обязательным. Дом стали привязывать не к небу, а к участку: к двору, к соседям, к проезду.
Так что честный ответ выходит коротким. Строгого южного правила источники по крестьянскому домостроению не знают, и всё, что пишут о нём уверенным тоном, стоит считать поздней догадкой. Солнце учитывали — но совсем иначе.
Куда смотрел красный угол в русской избе
Вот где солнце действительно решало. Изба, как отмечают исследователи, обычно была ориентирована по сторонам горизонта, и в ней устраивали красный, он же передний угол — в дальнем углу помещения, по диагонали от печи, с восточной стороны дома, между боковой и фасадной стенами.
Дальше самое интересное. Это всегда была самая освещённая часть дома: обе стены, образующие угол, имели окна. Иконы помещали так, чтобы образ стал первым, на что обратит внимание входящий. Свет, выходит, собирали в одну точку осознанно — только точка эта привязана к иконам, а не к южному азимуту.
Красный угол и означает «красивый»: самая светлая, чистая и нарядная часть дома. Остальные углы названий удостоились попроще — бабий кут напротив печного чела, коник у входа, закут за печью.
Как улица и двор задавали ориентацию крестьянской избы
Этнограф Евгения Эдуардовна Бломквист разложила русские крестьянские усадьбы по типам в зависимости от того, как соотносятся жилая и хозяйственная части. Картина получилась такая: на севере — примыкающий к жилью крытый двор, на юге — открытый двор, окружённый постройками. И у каждого типа своя посадка дома.
В среднерусской покоеобразной застройке избу ставили перпендикулярно улице, а двор открывали посередине. Для южнорусского четырёхугольного двора характерно другое: изба или хата стоит параллельно улице. Одна и та же изба, а ориентация разная — и зависит она от хозяйства, не от компаса.
Повлияла и планировка самого дома. Когда двор пристраивали сзади, получался дом-брус, и это, судя по всему, поспособствовало развороту дома жилым торцом к улице; вход переместился на боковую стену, через сени. А в восемнадцатом и девятнадцатом веках застройку стали вести по принципам регулярности — фасады домов вышли на красную линию улицы, и двор-крепость отошёл в прошлое.
Отсюда и простой вывод. Если деревенская улица тянется с востока на запад, половина домов по ней смотрит окнами на север, и ничего тут не сделаешь.
Почему окон в избе долго было мало
Спорить об ориентации окон было бы странно, пока самих окон почти нет. На Руси в одиннадцатом — тринадцатом веках в деревянном строительстве применяли волоковые окна: небольшое вытянутое по горизонтали оконце выпиливали в высоту одного или двух брёвен и заволакивали изнутри тёсовой задвижкой. Отсюда и название.
Дальше — ещё скромнее. В тринадцатом — пятнадцатом веках в бедных домах с курной печью обходились даже без волоковых окон, сберегая тепло. Косящатые, или красные, окна с остеклением — поначалу со слюдой либо бычьим пузырём — стали появляться у богатых людей лишь к пятнадцатому веку.
Знакомая нам изба с полами, окнами и печной трубой получила распространение только в восемнадцатом столетии, а массовой сделалась в девятнадцатом. К тому времени уже сложилась характерная трёхоконная композиция главного фасада: на плане Тихвинского посада тысяча шестьсот семьдесят восьмого года это три волоковых окна, причём среднее расположено выше остальных.
Как инсоляцию домов нормируют сегодня
Слово, которого крестьянский мир не знал, а суть знал. Инсоляция — это облучение поверхности солнечным светом, и термин используют в гигиене, архитектуре и строительной светотехнике. Различают инсоляцию астрономическую, вероятную и фактическую.
Числа тут отрезвляющие. Продолжительность вероятной инсоляции на территории России составляет около половины продолжительности астрономической — остальное забирают атмосфера и облачность. А фактическая зависит от ориентации и конфигурации застройки, от оконных проёмов, от положения расчётного помещения, балконов и лоджий.
Любопытно, что именно сейчас это превратилось в болевую точку. Нормирование и расчёт инсоляции называют, пожалуй, самой острой светотехнической и социально-правовой проблемой: требования норм стали одним из главных факторов, сдерживающих переуплотнение городской застройки. Выходит, правило «окнами на солнце» всё-таки появилось — но как расчёт в проекте, а не как деревенский обычай.