Версий две, и они спорят всерьёз. По одной — очки тут карточные, их втирали порошком на шулерских картах. По другой — самые обычные, которые надевают на нос, чтобы человек смотрел на мир не своими глазами.
Что значит «втирать очки» и чем очковтирательство отличается от обмана
Значение словари дают сходное. Ушаков: посредством обмана представить кому-нибудь что-нибудь в выгодном, желательном для себя освещении. Викисловарь добавляет помету «неодобрительное» и короткое толкование — обманывать, плутовать.
Тонкость тут есть, и существенная. В отличие от явного обмана суть очковтирательства, как правило, в приукрашивании действительности. Не «этого не было», а «было, но выглядело лучше». Отсюда и живучесть слова в разговорах про отчёты и показатели.
Сам глагол «втереть» значит вмазать, натиранием заставить впитаться — как мазь в кожу. Именно от этого буквального смысла и расходятся все дальнейшие объяснения.
Что такое порошковые карты и как шулеры втирали очки
Главную версию предложил академик Виктор Владимирович Виноградов, и вслед за ним большинство исследователей выводят выражение из жаргона карточных шулеров девятнадцатого века. Речь о порошковых картах — разновидности так называемых очковых.
Устройство такое. На карту наносили лишний символ масти, то самое «очко», порошком красного или чёрного цвета — по масти. Держался порошок на слабом клее, который шулеры звали «липком». В нужный момент добавочное очко можно было стереть: шваркнуть лицом карты по сукну стола — и предъявить шестёрку, которая до этого казалась семёркой.
А как это очко на карту попадало? Через карту-трафарет: сквозь неё порошок наносили на смазанную клеем основу. По мнению Виноградова, именно так очки и «втирали». Был, кстати, обратный приём, который назывался «насыпная галантина»: белым порошком, наоборот, закрывали уже имеющиеся очки, и, стерев его, достоинство карты можно было увеличить.
Приём считался у самих шулеров опасным и применялся редко. Интерес к порошковым картам сегодня держится во многом благодаря упоминанию в «Пиковой даме» Пушкина.
Почему версию Виноградова про карточные очки оспаривают
Возражения собрала И. А. Горбушина в статье о происхождении фразеологизма, вышедшей в журнале «Русский язык в научном освещении» в 2014 году. Претензий у неё две, и обе простые.
Первая — техническая. Очки на порошковых картах обычно как раз стирались, а не втирались; втирание было этапом изготовления, а не самого мошенничества. Вторая — смысловая. Шулер занимался прямым обманом, а фразеологизм означает нечто иное — демагогию, приукрашивание. Между действием и значением получается зазор.
Заметьте, это не спор о том, существовали ли порошковые карты: они существовали, тут сомнений нет. Спор о том, из какого именно источника пошло выражение.
Что писали про «втереть очки» Даль, Грот и Михельсон
Альтернативная версия опирается на старые словарные записи, и она куда прямее. У Даля ещё в 1863 году стоит: «втереть очки, надеть (кому на нос) очки, одурачить». То есть очки здесь предметные, те самые, со стёклами.
Есть и определение из академического словаря Грота, которое Виноградов отбросил как ошибочное: «втереть кому очки» — заставить кого смотреть на вещи по-своему. Горбушина обращает внимание ещё на одну деталь: глагол «втереть» в значении «навязать» имел хождение уже в восемнадцатом веке.
Михельсон даёт сразу два толкования: заставить смотреть через неверно показывающие очки, то есть одурачить, — и заставить смотреть в чужие очки, не своими, а чужими глазами. Рядом он ставит немецкое соответствие: einem eine Brille aufsetzen, буквально «надеть кому-нибудь очки». В примерах у него Салтыков-Щедрин: «эта женщина хочет втереть мне очки насчёт каких-то платонических отношений».
Если принять эту версию, всё складывается без зазора. Навязать человеку чужую оптику — это и есть приукрашивание, а не подмена карты.
Как очковтирательство стало словом про отчёты и показатели
В двадцатом веке у выражения появился свой любимый контекст — служебный. Викисловарь приводит показательные примеры: «кому ты втираешь очки? Я ли тебя не знаю?», «но на Лубянке тоже умели втирать очки начальству», полковник, который «втирал очки относительно соблюдения дисциплины и порядка».
Из этого выросло существительное «очковтирательство» — слово тяжёлое, казённое и при этом абсолютно разговорное. Исследователи даже рассматривают его как своего рода индикатор эпохи.
Итог по происхождению такой. Порошковые карты — факт, версия Виноградова — самая известная, объяснение через предметные очки — самое старое по записям. Выбирать между ними словари пока не берутся, и мы тоже не будем.