Чёрный фон палешане не придумывали — они его унаследовали. Сначала от подмосковного Федоскина, где лаковые шкатулки делали чёрными, а потом от собственной иконописной школы, привыкшей писать золотом по тёмному.
Почему у палехской миниатюры именно чёрный фон
Первая причина — техническая, и она чужая. Лаковое производство из папье-маше пришло в Россию с Запада: в 1795 году купец первой гильдии П. И. Коробов основал в сельце Данилково, теперь это часть Федоскина, табакерочную фабрику, а технологию приготовления лака приобрёл у крупнейшего производителя того времени Иоганна Штобвассера из Брауншвейга. Главным показателем качества считалась именно лаковая поверхность.
И она была чёрной. Федоскинские мастера ценили эффект, который даёт контраст прозрачных лессировочных красок с мерцающим чёрным лаковым фоном: краски на нём словно светятся изнутри. Ради того же эффекта под роспись подкладывали металлический порошок, сусальное золото, поталь или перламутр — приём назывался «письмо по сквозному».
Вторая причина — своя, палехская. Мастера здесь три века писали иконы и умели работать темперой и золотом; тёмный фон для такой манеры естественен, потому что тонкая золотая линия читается на нём лучше всего. Соединились два обстоятельства — и получилось то, что мы знаем: яркие фигуры и золото на глухой черноте.
Кстати, эту особенность даже закрепили в геральдике. С 1991 года символом Палеха служит герб района: в чёрном поле золотая жар-птица с распростёртыми крыльями — идея взята прямо из лаковой миниатюры.
Из чего сделаны палехские шкатулки и чем по ним пишут
Основа — папье-маше, не дерево. Живопись исполняется темперой, сверху идёт лак. Из-за этого изделие получается лёгким, прочным и с ровной глянцевой поверхностью, на которой видно каждую волосяную линию.
Ассортимент шире, чем кажется. Кроме шкатулок расписывают ларцы, кубышки, броши, картины, пепельницы, заколки для галстука, игольницы. Голиков, например, работал и с крупными ларцами, и с миниатюрными бисерницами.
Заметьте разницу с Федоскином: там миниатюру пишут масляными красками в три-четыре слоя, с замалёвком, прописью, лессировкой и бликовкой. Палех взял у соседей материал и чёрный лак, а живописную технологию принёс свою, иконную.
Как палехские иконописцы перешли на лаковые шкатулки
Иконописцами Палех славился ещё с допетровских времён — наряду с Мстёрой и Холуем. Местный стиль вырос под влиянием московской, новгородской, строгановской и ярославской школ, а расцвёл в XVIII и начале XIX века. Работали палешане не только над иконами: их звали расписывать и реставрировать храмы, и среди адресов — Грановитая палата Московского Кремля, Троице-Сергиева лавра, Новодевичий монастырь.
Потом заказы кончились. Иконы после 1917 года спросом не пользовались, и мастера остались без дела. Пробовали разное: реставрационную артель, которая быстро закрылась, роспись деревянных изделий, за которую по предложению Владимирского артсоюза взялись около тридцати человек. Не пошло ни то, ни другое.
Поворот случился в Москве. Иван Голиков увидел в Кустарном музее чёрную шкатулку из папье-маше с многоцветной росписью, привезённую из Федоскина, и решил попробовать писать по такому материалу иконописной техникой. В мастерской бывшего владельца иконописного дела Александра Глазунова он написал творёным золотом и серебром на донцах фотографических ванночек из папье-маше первую миниатюру — «Адам в раю». Точный год расходится по источникам: называют и 1920-й, и конец 1922-го.
Дальше пошло быстро. В 1923 году палехские работы получили диплом на Всероссийской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставке, а 5 декабря 1924 года семеро художников — Голиков, Иван Баканов, Иван Маркичев, Иван и Александр Зубковы, Александр и В. В. Котухины — основали «Артель древней живописи». В 1925-м артель повезла работы на Всемирную выставку в Париж и взяла Гран-при; сам Голиков получил почётный диплом, вторую по значению награду выставки. Потом были Милан, Вена, Берлин.
Что изображают на палехских шкатулках
Берут откуда угодно: из повседневной жизни, из литературной классики, из сказок, былин и песен. Одни только названия работ Голикова дают представление о разбросе — «Бесы», «Борис Годунов», «Гадание на Ивана Купалу», «Масленица», «Наполеон», «Сказка о рыбаке и рыбке», «Степан Разин», «Ромео и Джульетта», «Тройка красных коней».
Манера у него узнаваемая: реальность вперемешку со сказкой. На былинной красной тройке по заснеженному пейзажу может ехать не богатырь, а красноармеец в будёновке — и на чёрном лаке это выглядит абсолютно уместно.
Вершиной обычно называют его миниатюры к подарочному «Слову о полку Игореве», которое издательство Academia выпустило в 1934 году. Работать над ним сначала собирались нескольким художникам, но Максим Горький настоял на одном Голикове. Годом раньше художник получил звание заслуженного деятеля искусств РСФСР.
Где учат палехской миниатюре и что стало с промыслом
Учить начали почти сразу: профтехшкола древней живописи открылась в Палехе в 1928 году, обучение шло четыре года. Потом она стала техникумом, а затем училищем имени Горького — и срок вырос до пяти лет. В 2000-х его вернули к четырём.
Организационная форма менялась не реже вывески. Артель превратилась в Товарищество художников Палеха, с 1954 года работали Палехские художественно-производственные мастерские Художественного фонда СССР, а в 1989-м их закрыли.
Дальше промысел собрался заново. На основе прежнего коллектива возникли разные объединения и предприятия, при кооперативе «Объединение художников Палеха» в 1992 году открыли училище. Параллельно в посёлке пошло возрождение иконописи — то есть дело, по сути, вернулось туда, откуда когда-то вышло. Только фон у него так и остался чёрным.