Мари-Анна Колло — французский скульптор-портретист, ученица Фальконе и первая женщина-академик петербургской Академии художеств; она вылепила голову Петра I для «Медного всадника».
Парижская юность Мари-Анны Колло
Родилась она в Париже в 1748 году, и путь в искусство у неё начался с другой стороны станка. В пятнадцать лет девочка пошла работать моделью — позировала в мастерской скульптора Жана-Батиста Лемуана. Он, судя по всему, и стал её первым учителем; во всяком случае, на её судьбу портретиста повлиял решающим образом.
Год спустя она перешла к Этьену Морису Фальконе. Тот дружил с Дидро и вообще жил в самой гуще парижских философских разговоров; младший брат Мари-Анны пристроился подмастерьем к Андре Ле Бретону — одному из четырёх издателей «Энциклопедии». Компания, прямо скажем, подходящая.
Специализацию она выбрала сразу — скульптурный портрет. К ранним её вещам относят «Актёра Превиля в роли Сганареля» (1765—1766), портрет Дидро 1766 года, «Портрет неизвестного» 1765-го, который сегодня в Лувре, и бюст князя Голицына того же 1766 года. Многое из тех первых терракот утрачено.
Как Мари-Анна Колло попала в Россию
Тот самый князь Дмитрий Алексеевич Голицын, чей портрет она лепила, был русским посланником в Париже. Именно он от имени правительства подписал с Фальконе контракт на памятник Петру I. И он же, докладывая канцлеру Александру Голицыну о будущем приезде скульптора, обронил фразу, которая теперь кочует из книги в книгу: «Он везёт с собой молодую ученицу 18 лет, у которой определённый талант делать портреты».
В Петербург они прибыли 15 (26) октября 1766 года — Фальконе, его помощник Жан Фонтен и восемнадцатилетняя Колло. Дальше начались долгие споры о том, каким памятнику быть. Дидро и Штелин предлагали пышные аллегории — Фальконе отверг. Иван Бецкой, которому императрица поручила все работы, настаивал на образце вроде римского Марка Аврелия — Фальконе отверг и это.
Для самой Колло Россия обернулась двенадцатью годами работы и таким успехом, какого в Париже пришлось бы ждать десятилетиями. Двор изумлялся: молодая женщина-скульптор, других таких при памяти живущих просто не было.
Голова Петра I: вклад Колло в «Медного всадника»
Конную модель Фальконе лепил в 1768—1770 годах, и всё шло своим чередом, пока дело не дошло до головы. Голова не удавалась. По одной из версий, Екатерина отвергла три его попытки подряд. В итоге голову сделала ученица.
Работала она не с натуры, разумеется, а с посмертной маски Петра, снятой когда-то Растрелли. Оригинал гипсовой модели этой головы хранится в Русском музее. Фальконе считал вещь большой удачей Колло и, судя по его переписке с императрицей, участие ученицы в монументе головой не ограничилось.
Екатерине образ понравился настолько, что она назначила художнице пожизненную пенсию в десять тысяч рублей и пожелала видеть её в Академии художеств. Для двадцатидвухлетней француженки это было целое состояние.
Сам памятник открыли на Сенатской площади 7 (18) августа 1782 года, приурочив торжество к столетию вступления Петра на престол. Фальконе на открытие не пригласили — он к тому времени уже уехал. Колло в России тоже давно не было.
Что за памятник создавали Фальконе и Колло
Стоит понимать, в какой работе она участвовала. «Медный всадник» строился с 1768 по 1778 год и стал одним из главных произведений русского классицизма — а заодно и символом города.
Фальконе отказался от всего привычного сразу. Никаких аллегорических фигур, никакого копирования римских образцов. Одеяние всадника он тоже решил не по правилам: не античная туника, не академическая накидка и не русский костюм, а условные драпировки — «счастливый эквивалент, созданный хорошим вкусом и поэзией самого сюжета», как он сам это назвал; одежда, принадлежащая, по его словам, всем нациям и всем векам. Богатое императорское седло заменила медвежья шкура, а громадная скала под копытами стала символом преодолённых Петром трудностей. На полководца указывают только лавровый венок да меч у пояса.
На складке плаща Фальконе оставил подпись: «Лепил и отливал Этьен Фальконе парижанин 1778 года». А надпись на постаменте вышла из маленькой придворной истории. В 1770 году скульптор — по одной версии, с подсказки Дидро — предложил вместо тогдашних витиеватостей короткое: «Петру Первому воздвигла Екатерина Вторая». Императрица вычеркнула «воздвигла». Осталось то, что и высечено: «ПЕТРУ перьвому ЕКАТЕРИНА вторая лѣта 1782».
Академик в девятнадцать лет: Колло и Академия художеств
В январе 1767 года, по желанию Екатерины II и в уважение заслуг её учителя, Колло избрали академиком петербургской Академии художеств. Ей было девятнадцать.
Она стала первой женщиной в этом звании — и оставалась единственной очень долго, до Юлии Гаген-Шварц. Для XVIII века случай почти невозможный: в академии по всей Европе женщин пускали разве что почётными исключениями, а тут молодая француженка без имени и состояния.
Пенсия, звание, заказы двора — всё это свалилось на неё в течение нескольких месяцев. Работы хватало с избытком: современники шутили, что в Петербурге из-за неё начал кончаться мрамор.
Портреты Мари-Анны Колло, сделанные в Петербурге
Список её петербургских вещей внушителен. Медальон с фаворитом императрицы графом Григорием Орловым — 1767 год, ныне в Эрмитаже. Екатерина II в лавровом венке — медальон 1769 года, Гатчинский дворец, есть и повторения. Бюсты: Екатерина в диадеме, молодой Вольтер около 1770 года.
Бюст Дидро она сделала в 1772-м, решив его по-античному — с обнажённой грудью и плечами. Рассказывают, что Фальконе, увидев качество работы, уничтожил собственный вариант портрета философа. Через год она вылепила и самого Фальконе.
В 1770-е пошли наследник Павел Петрович и его первая жена Наталья Алексеевна. Делала она и «ретроспективные» портреты по заказу Екатерины — бюсты Генриха IV и его министра Сюлли, около 1769 года. Образцами служили маски, доставленные из Парижа, но Фальконе признавал: тут ученица больше полагалась на собственное воображение.
Лепила она и людей посольского круга — леди Кэткарт, жену британского посла в России, и её дочь Мэри; последний бюст считается одной из лучших её вещей. Были и мраморные медальоны исторических лиц: Пётр Великий, императрица Елизавета.
Где сегодня хранятся работы Мари-Анны Колло
Наследие её разошлось по нескольким крупным собраниям, и почти всё — портреты. В Эрмитаже лежат бюсты Фальконе, Дидро, Вольтера, Генриха IV и Сюлли, а также портреты Екатерины II.
В Русском музее — портрет Петра Великого, тот самый гипсовый оригинал головы для памятника, и медальон графа Григория Орлова. В Мраморном дворце хранятся бюсты великого князя Павла и великой княгини Натальи, в собрании Царского Села — бюст молодой русской девушки.
Есть её вещи и во Франции. Лувр держит портрет, предположительно изображающий Петра I, портрет, который считают изображением Этьена Ноэля Дамилавиля, и портрет Мэри Кэткарт. В Музее изящных искусств Нанси — портреты обоих Фальконе, учителя и мужа. Часть работ осталась в частных собраниях: Мельхиор Гримм, князь Голицын, мраморный медальон леди Кэткарт.
Немало и потеряно. Ранние парижские терракоты, бюст Д'Аламбера, о котором известно только по упоминаниям, — этих вещей никто не видел уже давно.
Замужество Мари-Анны Колло и отъезд из России
В 1777 году она вышла замуж за сына своего наставника — живописца Пьера Этьена Фальконе. Из ученицы стала невесткой, фамилия сменилась на Фальконе, и под ней её иногда и называют — мадам Фальконе.
Брак оказался несчастливым и недолгим. Известно, что Мари-Анна подавала официальную жалобу на мужа за жестокое обращение. В апреле 1778 года у них родилась единственная дочь, Мари-Люси.
Дальше в источниках разнобой: по одним данным она уехала из Парижа в 1779 году и работала с Фальконе в Голландии, по другим — успела пожить с мужем в Англии, где тот учился у Джошуа Рейнолдса, а во Францию с младенцем вернулась уже в 1778-м. Сходятся все на одном: семейная жизнь развалилась быстро.
Последние работы Колло и тихая старость в Лотарингии
В Гааге она сделала ещё несколько портретов. Врача-анатома Петруса Кампера — бронза, сейчас в Гронингенском университете. И штатгальтерскую чету, Вильгельма V Оранского с супругой Вильгельминой Прусской, — оба бюста около 1782 года, Маурицхёйс. Это её последние известные работы. После них резец она отложила совсем.
С 1783 по 1791 год Колло жила в Париже и ухаживала за свёкром: Этьена Мориса Фальконе разбил инсульт, он был частично парализован. Восемь лет сиделки при старике, который когда-то сделал её скульптором.
В 1791 году умерли и муж, и свёкор. Французская революция перевернула весь тот мир художников, писателей и философов, в котором она выросла. Колло купила имение в Лотарингии, в Маримоне близ деревни Бурдонне, и уехала туда доживать.
Она прожила там тридцать лет — тихо, без заказов и без публики. Умерла 23 февраля 1821 года, семидесяти двух или семидесяти трёх лет, и похоронена в Бурдонне.
Мари-Анна Колло: частые вопросы
Кто такая Мари-Анна Колло?
Французский скульптор-портретист, ученица и впоследствии невестка Этьена Мориса Фальконе. Работала в России в 1766—1778 годах, вылепила голову Петра I для «Медного всадника» и стала первой женщиной-академиком петербургской Академии художеств.
Кто сделал голову Петра I у «Медного всадника»?
Мари-Анна Колло. Фальконе лепил конную модель в 1768—1770 годах, но голова у него не получалась, и её сделала ученица — по посмертной маске Петра работы Растрелли. Гипсовый оригинал этой головы хранится в Русском музее.
Почему Колло называют мадам Фальконе?
В 1777 году она вышла замуж за живописца Пьера Этьена Фальконе, сына своего учителя. Брак был несчастливым и коротким, но фамилия за ней осталась.
Когда умерла Мари-Анна Колло?
23 февраля 1821 года, в своём имении Маримон близ Нанси — ныне это часть коммуны Бурдонне в Лотарингии. Скульптурой она не занималась почти сорок последних лет жизни.