Владимир Корнилов

Вице-адмирал, начальник штаба Черноморского флота, участник Наваринского сражения и организатор обороны Севастополя, погибший на Малаховом кургане в 1854 году.

Происхождение и детство Владимира Корнилова

С местом рождения Корнилова вышла путаница. Родился он 1 (13) февраля 1806 года — это известно твёрдо. А вот где? Отец, Алексей Михайлович Корнилов, как раз служил иркутским губернатором, и не ясно, уезжала ли жена, Александра Ефремовна Фан-дер-Флит, рожать в родовое имение. Обычно называют Ивановское Старицкого уезда Тверской губернии, рядом с селом Рясня, тоже корниловским. Косвенная подсказка есть: когда адмиралу понадобились документы о рождении, запрос он отправил в Тверь, а не в Иркутск.

Семья была губернаторская — отец успел побыть и тобольским губернатором. В пятнадцать лет, в 1821-м, Владимира определили в Морской кадетский корпус. Выпустился он через два года мичманом и попал на Балтику: фрегат «Малый», шлюп «Смирный», потом прикомандирование к Гвардейскому экипажу. Служба, в общем, спокойная. Слишком спокойная для такого характера.

Корнилов в Наваринском сражении

Всё переменилось весной 1827 года. Капитан 1-го ранга Михаил Петрович Лазарев набирал команду на 74-пушечный линейный корабль «Азов», уходивший в Средиземное море, и взял туда молодого мичмана. Как потом окажется, это знакомство определило всю жизнь Корнилова.

В Наваринском сражении мичман командовал тремя орудиями нижнего дека. Лазарев отозвался о нём очень высоко. Наград посыпалось сразу четыре: русский орден Святой Анны 4-й степени, французский Святого Людовика, английский Бани и греческий Спасителя. Неплохо для двадцатиоднолетнего офицера.

В 1828 году Корнилов стал лейтенантом и до 1830-го оставался на «Азове» в Средиземноморье. Вернулся домой — ещё Анна 3-й степени и медаль «За турецкую войну». Следом тендер «Лебедь», две кампании на Балтике. А в январе 1833-го его перевели на Черноморский флот, к Лазареву, офицером для особых поручений. В том же году он сходил в Босфорскую экспедицию.

Командир корабля «Двенадцать Апостолов»

Первое собственное судно — бриг «Фемистокл» — досталось ему в 1834 году. Работа у брига была скорее дипломатическая: сначала Константинополь, где он поступил в распоряжение русской миссии, потом, в тридцать пятом, Греция и поручения посла. И вот там, среди депеш и визитов, Корнилов свёл знакомство, какого от моряка не ждёшь, — с Карлом Брюлловым и художником князем Григорием Гагариным. Обратно в Россию оба плыли на его бриге. Дорога долгая, делать особо нечего. Брюллов взял и написал портрет командира.

Потом корвет «Орест», строящийся фрегат «Флора», и наконец, 1 января 1838 года, назначение командиром строящегося линейного корабля «Двенадцать Апостолов». Порядок у Лазарева был такой: командир сам следит за постройкой своего корабля. Корнилов следил. И не только: по инициативе его и Лазарева «Двенадцать Апостолов» первым в русском флоте получил бомбические орудия.

Педант? Пожалуй. Корнилов написал для корабля целую кипу приказов и инструкций, расписав службу до мелочей. Распорядок признали образцовым, и Лазарев ввёл его на всех кораблях Черноморского флота. В 1843-м Корнилов издал ещё и книгу «Штаты вооружения и запасного снабжения военных судов Черноморского флота всех рангов», а до того перевёл английское руководство капитана Гласкока для морских офицеров.

Десанты на Кавказе и поездка в Англию

Строительство строительством, а воевать тоже приходилось. В 1838 году Корнилов, будучи начальником штаба эскадры Лазарева, разрабатывал план высадки на Кавказском побережье и сам командовал половиной гребных судов, возивших десант на берег. За Туапсе — капитан 2-го ранга. В 1839-м высадки в устьях Субаши и Шахе, в 1840-м снова Туапсе и Псезуапе. К концу того же года — капитан 1-го ранга.

В 1846-м его отправили в Англию: заказать пароходофрегат «Владимир» и присмотреть за его постройкой, а заодно разобраться в новинках британских верфей, в паровых и железных судах. 17 октября 1848 года Корнилов привёл «Владимир» на Одесский рейд. Через полтора месяца, 6 декабря, он стал контр-адмиралом.

Начальник штаба Черноморского флота Корнилов

В 1849 году Лазарев представил Корнилова к должности начальника штаба Черноморского флота, а в 1850-м его утвердили. Работать он умел только на износ. Практические учения отрядов, бесконечные инспекторские смотры кораблей и портов, школа юнг, созданная с нуля. Когда в 1851 году Лазарев умер, фактически флотом командовал уже Корнилов.

Милости сыпались одна за другой. Высочайшим указом Корнилова ввели в Свиту, и на смотрах флота он теперь стоял рядом с самим Николаем I. В ноябре 1851-го ему дали Георгия 4-й степени. А осенью следующего года, 2 октября, — сразу два чина: вице-адмирал и генерал-адъютант. Сорок шесть лет, между прочим. Бумажной работы при этом меньше не стало, скорее наоборот: два года, с 1851-го по 1852-й, он сидел ещё и над проектом нового Морского устава.

Зимой 1853-го пахло уже порохом. В феврале Корнилов отправился в Константинополь — в свите князя Меншикова, чрезвычайного посла. Оттуда на пароходофрегате «Бессарабия» сходил в греческие воды посмотреть, что за суда стоят по чужим портам. Вернулся — и давай гонять эскадру на Севастопольском рейде. Атака на неприятельский флот, налёт на порт, приём и высадка десанта. Флаг он держал на своих любимых «Двенадцати Апостолах». В мае родилась «Программа крейсерства между Босфором и Севастополем». До войны оставались считаные месяцы.

Крымская война и оборона Севастополя под командованием Корнилова

С началом Крымской войны Корнилов получил отряд паровых кораблей. 5 ноября 1853 года «Владимир» под его флагом атаковал турецкий пароход «Перваз-Бахри». Бой шёл три часа, и турки спустили флаг. Трофей переименовали в «Корнилов». Цена победы — жизнь лейтенанта Григория Железнова, настойчивость которого, вероятно, и спасла самого адмирала. Принимал Корнилов участие и в Синопском бою.

Осенью 1854-го всё посыпалось. Союзники высадились в Евпатории, русскую армию разбили на Альме, и главнокомандующий Меншиков приказал затопить корабли на рейде, а матросов отправить на сухопутную оборону. 9 сентября Корнилов собрал флагманов и капитанов. Его план был отчаянным: выйти в море и атаковать неприятеля у мыса Лукулл, свалиться на абордаж, а если надо — взрывать свои корабли вместе с чужими.

Меншиков приказ повторил. Корнилов отказался. Тогда князь велел отправить его в Николаев, а командование передать вице-адмиралу Станюковичу. И вот тут Корнилов сломался — или, скорее, выбрал: «Остановитесь! Это — самоубийство… но чтобы я оставил Севастополь, окружённый неприятелем, — невозможно! Я готов повиноваться вам». Пять старых кораблей легли на дно у входа в бухту.

А экипажи пошли строить. С поразительной быстротой вокруг города выросла цепь редутов, бастионов и батарей. Гарнизон у Корнилова был семь тысяч человек, и оборону он вёл активную: вылазки, ночные поиски, минная война, огонь кораблей вместе с крепостной артиллерией. Подчинённые верили ему безгранично — адмирал был бесстрашен и спокоен, а это на войне заразительно.

Гибель адмирала Корнилова и память о нём

Первая бомбардировка Севастополя началась 5 (17) октября 1854 года. Корнилов в тот день был на Малаховом кургане. Там его и достало ядро. Рана оказалась смертельной. Было ему сорок восемь. Лёг адмирал в склеп собора Святого Владимира, рядом со своим учителем Лазаревым, а потом к ним добавились Нахимов и Истомин. Склеп в 1930-е разорили, и перезахоронить останки смогли лишь в 1992-м.

С женой, Елизаветой Васильевной Новосильцовой, он обвенчался в 1837-м. Невеста — дочь сенатора, но из семьи обедневшей: отец, говорят, промотал и своё состояние, и женино, так что девочек растил богатый дядя в Петербурге. Партия для неё вышла, по словам современницы, особенно удачная. Детей родилось шестеро — Алексей, Александр, Владимир, Екатерина, Наталья и Елизавета; младшая умерла десятилетней в Женеве. Через десять дней после гибели мужа вдову пожаловали орденом Святой Екатерины. Покоится она в Рясне, в семейной усыпальнице Корниловых.

Память о Корнилове оказалась живучей. Три крейсера назывались «Адмирал Корнилов», хотя два из них так и не достроили. Есть мыс в Крыму, бухта у Кореи, набережная в Севастополе, а на Малаховом кургане — памятник на том самом месте, где его ранило. Сергеев-Ценский вывел адмирала в «Севастопольской страде». На тверской земле, откуда он, скорее всего, родом, до сих пор устраивают «Корниловские чтения». В Старице с 2023-го есть его улица, а москвичи с конца 2024 года ездят через станцию «Корниловская».

Владимир Корнилов: частые вопросы