Гёста Миттаг-Леффлер

Магнус Гёста Миттаг-Леффлер — шведский математик, основатель журнала Acta Mathematica, добившийся для Софьи Ковалевской профессорской кафедры в Стокгольме.

Детство и семья Гёсты Миттаг-Леффлера

Родился он 16 марта 1846 года в Стокгольме — прямо в школьном здании. Отец, Йохан Олоф Леффлер, был учителем, потом директором школы и какое-то время депутатом парламента. Мать, Густава Вильгельмина, в девичестве носила фамилию Миттаг. Обе линии — немецкого происхождения, но в Швеции жили уже несколько поколений.

Двойная фамилия — не наследство, а личный выбор. При рождении мальчик был просто Гёста Леффлер. Только в двадцать лет, уже студентом, он прибавил к ней материнскую фамилию. Каждое лето детства он проводил у деда и бабушки по матери, сельского пастора и его жены, и любил их, судя по всему, всю жизнь. Ни сестра, ни братья его примеру не последовали.

А родни хватало. Сестра Анна Шарлотта Леффлер стала писательницей, брат Фриц — лингвистом, Артур — инженером. Дом родителей был открытый, полный гостей, среди которых хватало учёных. Сам Миттаг-Леффлер потом говорил, что едва ли не главную часть образования получил не за партой, а слушая взрослые разговоры за столом.

Школа, Уппсала и учёба Миттаг-Леффлера в Европе

С 1855 года — стокгольмская школа Клары. Весёлого там было мало: Август Стриндберг, учившийся в те же годы, сравнивал её с романами Диккенса. Строгость, драки, розги. Но к цифрам у мальчишки был явный дар, и это увидели сразу. Дошло до смешного: последние три года гимназии обязательную математику ему просто не преподавали — незачем.

Шестьдесят пятый год — Уппсала, университет. На жизнь зарабатывал репетиторством. В 1872-м защитил диссертацию у Ёрана Диллнера и стал доцентом. Работу биографы, мягко говоря, не хвалят — «ничем не примечательная», пишут одни. Часть вины перекладывают на научного руководителя, человека осторожного и к новым идеям не расположенного.

Потом случилась удача, определившая всю его жизнь. Стипендия с условием: три года провести за границей. В октябре 1873-го он приехал в Париж, познакомился с Дарбу, Лиувиллем, Брио, Буке и ходил на лекции Шарля Эрмита. Понимал он их с трудом и жаловался на это в дневнике. Зато Эрмит так превозносил Вейерштрасса, что швед отправился в Берлин — и попал к учителю, который определил направление всех его работ.

Профессор в Гельсингфорсе и Стокгольме

Из Берлина он узнал, что в Гельсингфорсе, нынешнем Хельсинки, освобождается кафедра математики. Вейерштрасс уговаривал остаться — даже выхлопотал для него должность экстраординарного профессора в Берлине. Миттаг-Леффлер отказался. Почему? Германия после победы над Францией, вспоминал он, стала для иностранца невыносимой. Спесь, и вдобавок болтовня о том, что Швеция с Голландией скоро окажутся в германском союзе.

В Гельсингфорсе он читал анализ и эллиптические функции. Ученики появились мигом — кое-кто потом даже переехал вслед за ним в Стокгольм. А там как раз заработала Стокгольмская высшая школа, новенький университет, и первым её профессором математики стал именно он.

Жену он нашёл в Финляндии. Сигне Линдфорс, свадьба в восемьдесят втором. Отец — генерал-майор аф Линдфорс, человек с доходным делом. Мать — из семьи едва ли не самого богатого купца Гельсингфорса. Приданое, как скоро выяснится, пошло на математику.

Звание и почёт пришли быстро. Шведская академия приняла его в восемьдесят третьем. К концу века добавились Финское общество наук, общества в Уппсале и Лунде — и больше тридцати зарубежных, Парижская академия в том числе. Лондонское королевское общество — девяносто шестой. Почётные мантии — Оксфорд, Кембридж, Абердин, Сент-Эндрюс, Болонья, Христиания. А в 1925-м, в Копенгагене, когда он вошёл в зал скандинавского конгресса, все встали. Харди это видел и был потрясён.

Acta Mathematica — журнал Миттаг-Леффлера

Мечта у него была смелая: международный журнал, где математики разных стран будут печататься рядом и читать друг друга. Идею, говорят, первым подал Софус Ли, но воплотил её именно Миттаг-Леффлер. Медовый месяц молодожёны провели в поездке по Европе — жених договаривался с коллегами о статьях.

Деньги нашлись частью у короля Оскара II, частью в приданом Сигне, частью за счёт подписки. Через Эрмита Миттаг-Леффлер познакомился с Анри Пуанкаре и уговорил того отдать в первый номер работу о фуксовых группах. 12 декабря 1882 года он лично вручил королю первый экземпляр Acta Mathematica.

Журнал быстро окупился и стал ведущим. Кантор и Пуанкаре печатали в первых томах много статей. Миттаг-Леффлер одним из первых поддержал теорию множеств Кантора — за что Кронекер демонстративно отказался публиковаться в Acta. Сорок пять лет, до самой смерти, Миттаг-Леффлер оставался главным редактором. Харди писал, что тот чувствовал ценность работы, едва на неё взглянув.

Теорема Миттаг-Леффлера и другие открытия

Главная его научная работа выросла из лекций Вейерштрасса. Тот доказал, что можно построить целую функцию с заданными нулями. Миттаг-Леффлер ещё в Берлине задумался: а что если перенести это на мероморфные функции, у которых есть полюсы?

Итоговую статью он опубликовал по-французски в Acta Mathematica в 1884 году. В ней заодно предлагались общие топологические понятия для бесконечных множеств точек, построенные на новой теории Кантора. Так и появилась теорема Миттаг-Леффлера — её до сих пор проходят студенты. С неё, по сути, швед и вошёл в первый ряд мировой математики.

Была и вторая большая тема. С 1900-го по 1905-й он выпустил пять «Заметок» про суммирование расходящихся рядов. Как продолжить степенной ряд туда, где он уже не сходится? Область, где это получается, так и зовут — звезда Миттаг-Леффлера. Его имя носит и функция Миттаг-Леффлера, а в 1934 году в его честь назвали ледник Mittag-Lefflerbreen.

Миттаг-Леффлер, Софья Ковалевская и русская наука

Для российской истории Миттаг-Леффлер важен прежде всего одним именем — Софья Ковалевская. Оба были учениками Вейерштрасса. Позвал её в Стокгольм он сам, в том же восемьдесят четвёртом, когда вышла его главная статья. И пробил для неё профессорское место в университете. Женщина — профессор математики? До Ковалевской такого не бывало нигде.

Чего это стоило? Всего его авторитета и всех связей. Когда в 1891 году Ковалевская умерла, он написал, что она пришла к ним из центра современной науки, полная веры в идеи своего великого берлинского учителя, и что её работы показали силу системы Вейерштрасса.

Женщин в науке он поддерживал и позже. Нобелевка 1903 года тоже не обошлась без него: это он настоял, чтобы премию дали не одному Пьеру Кюри, но и Марии. В России Миттаг-Леффлера уважали. Петербургская академия числила его членом-корреспондентом, иностранным и почётным членом, а Петербургское математическое общество — своим членом. В восемьдесят седьмом «Наука» даже издала о нём книгу Пелагеи Кочиной.

Вилла в Юрсхольме и последние годы Миттаг-Леффлера

Восемьдесят девятый год: он покупает два участка в Юрсхольме, севернее Стокгольма. Докупал ещё, стал крупнейшим землевладельцем в округе, часть земли продал, а на остальной выстроил дом. Строили его по очереди три ведущих шведских архитектора — Рудольф Арборелиус, Карл Вестман и Фердинанд Боберг.

В доме разместилась библиотека, которую он собирал годами, с редкими книгами XVI века. Харди, живший у него, вспоминал: там были все книги и журналы, а устав, можно было читать переписку всех математиков мира или любоваться Стокгольмом с крыши. Была ещё и загородная усадьба в Тельберге, где учёный, по словам того же Харди, превращался в забавную смесь великого математика и простодушного сельского помещика.

На пенсию он вышел в 1911 году, но редактировать журнал не бросил. Первая мировая съела большую часть состояния, содержать поместье стало не на что, и в 1916 году супруги передали дом и библиотеку Шведской академии наук. Так появился Институт Миттаг-Леффлера. Сам Гёста Миттаг-Леффлер умер в своём доме в Юрсхольме 7 июля 1927 года.

Гёста Миттаг-Леффлер: частые вопросы