18 марта 1714 года Пётр I подписал указ, который взбесил половину русского дворянства. Один документ разом отменил многовековую практику делить землю между всеми сыновьями поровну. Отныне недвижимое имущество доставалось только одному наследнику.
Как поместье срослось с вотчиной
Историк Василий Ключевский объяснял: задолго до Петра поместье и вотчина сближались сами собой, естественным путём. Поместье, когда-то временное владение за службу, постепенно становилось наследственным, как вотчина. К началу XVIII века разница между ними стала почти незаметной. Указ просто узаконил то, что уже происходило на практике.
18 марта 1714 года Пётр I запретил делить недвижимое имущество между наследниками — теперь оно доставалось только одному. Указ отменила Анна Иоанновна в 1730 году после многолетних жалоб дворянства.
Пётр I, портрет работы Андрея Матвеева. Wikimedia Commons, Public domain
Почему указ о единонаследии отменили
Формулировка в тексте документа звучала жёстко: раздел имений после отцов детям несёт «великой вред» государству, подданным и самим дворянским семьям. Логика понятна — постоянное дробление земли между наследниками разоряло дворянские роды из поколения в поколение, а мелкие обедневшие помещики были плохой опорой для армии и государства.
Не майорат, а единонаследие
Важный нюанс, на который указывал Ключевский: это не был западноевропейский майорат, право старшего сына наследовать автоматически. Пётр интересовался порядками наследования в Англии, Франции и Венеции, но в итоге придумал свою схему. Отец мог оставить недвижимость и младшему сыну — старшинство срабатывало только при отсутствии завещания. Указ запрещал не передачу земли не старшему, а вообще дробление — требовалось единонаследие, то есть переход всей неделимой недвижимости к одному человеку, независимо от очерёдности рождения.
Отменён Анной Иоанновной
Прожил указ недолго по историческим меркам. Императрица Анна Иоанновна отменила его 9 декабря 1730 года — дворянство слишком долго и упорно жаловалось на несправедливость по отношению к младшим сыновьям, оставшимся без наследства.