Полтора века это было единственное окно России в Европу. Потом окно прорубили в другом месте, и город едва не умер.
Когда основали Архангельск
В 1584 году, на высоком берегу Северной Двины, у Михайло-Архангельского монастыря — отсюда и название. Строили быстро, деревянный город подняли за один сезон.
Место выбрали не из любви к северу, а по необходимости: других выходов к морю у Московского государства тогда просто не было. Балтика оставалась за шведами, Чёрное море — за турками. Оставалось Белое, холодное и полгода подо льдом.
Почему Архангельск был главным портом России
Потому что единственным. Иностранным купцам торговать разрешалось только здесь — правило действовало жёстко. Сюда приходили английские и голландские корабли, отсюда уходили меха, лес, смола, поташ, кожи, лён. Масштаб был серьёзный: в шестнадцатом веке через Архангельск шло больше половины доходов казны от внешней торговли.
Ради защиты порта в 1701 году Пётр заложил Новодвинскую крепость — первое в России регулярное укрепление с четырьмя бастионами. В том же году она отбила шведскую эскадру, шедшую сжечь город.
Что случилось с Архангельском после основания Петербурга
Его сознательно придушили. Пётр строил новую столицу на Балтике и хотел, чтобы торговля шла через неё. Уговорами это не решалось — купцам было привычнее и ближе на север. Тогда включили административный ресурс: таможенные пошлины в двух портах сделали разными, а указом от шестого апреля 1722 года разрешили ввозить в Архангельск хлеб и товары только для местных нужд, без вывоза за море.
Результат виден по цифрам. Оборот порта в 1720 году составлял два с половиной миллиона рублей, к 1725-му — сто пятьдесят три тысячи. Падение в пятнадцать раз за пять лет.
Как Архангельск выжил после запрета
Ограничения позже смягчили, но прежнего положения город уже не вернул. Зато нашёл другие роли. В девятнадцатом веке отсюда снаряжали арктические экспедиции.
В обе мировые войны Архангельск снова стал ключевым: через него шли грузы союзников, а в сорок первом сюда пришёл первый северный конвой. И лес — та статья, которая кормила город весь двадцатый век. Так что окно не закрылось, просто перестало быть единственным.